?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: история

                                   

я- ГРЯЗНЫЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ И МРАЧНЫЙ ПОДОНОК. ПЕРЕСПОРИТЬ МЕНЯ НЕВОЗМОЖНО,   ПОТОМУ ЧТО Я УПЕРТЫЙ, КАК БАРАН НА НОВЫЕ ВОРОТА. А ЕЩЕ Я ТУПОЕ И НЕОБРАЗОВАННОЕ БЫДЛО, ХАМ И НЕВРАСТЕНИК.                                                                        ДАВАЙТЕ ДРУЖИТЬ :0)

О зверствах сотрудников НКВД известно гораздо меньше, чем о зверствах нацистов. И эта информация тщательно скрывается.
Ведь сотрудники НКВД, уничтожавшие людей в советских концлагерях, получали те же награды, что и ветераны войны. И они стоят в рядах тех же ветеранов на парадах. А их дети занимают большие должности в современном министерстве внутренних дел.
Только документы.

Автор: Артур Скальский, Источник: © NewsBabr.com, История,
http://newsbabr.com/?IDE=117766

http://diletant.media/articles/37330937/?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com

Эвальд фон Клейст командовал танковой армией на южном направлении во время вторжения в СССР. После войны он проходил свидетелем во время Нюрнбергского процесса. Затем его передали в Югославию, где осудили на 15 лет каторги, но в 1949 году он оказался в СССР. Фон Клейст содержался во внутренней тюрьме МГБ, где рассказал все, что знает о приближенных Гитлера. В 1952 году его приговорили к 25 годам лагерей, вскоре Клейст умер в тюрьме.



28 января 1951 г.

Москва
Перевод с немецкого



Гитлера окружали две категории людей. Одни были ему целиком преданы, другие же стремились к власти и влиянию при жизни Гитлера и мечтали захватить всю власть в свои руки после смерти.

К ним я отношу Рема, Геринга, Геббельса, Гиммлера и Бормана. Последнего я никогда не видел, и слышал о нем очень мало. Эта личность мне неясна. Между четырьмя первыми происходила с самого начала борьба, даже тогда, когда они временно объединялись для того, чтобы устранить третьего соперника. Так, Геринг с Гиммлером против Рема, предположительно также против Бломберга, возможно, и против Фриче и вообще против старых генералов.

Если я буду излагать мои личные впечатления о Геринге, Гиммлере и Геббельсе, то после Нюрнбергского процесса, результаты которого мне известны только в отношении «ОКВ и Генерального штаба» и организаций, это будут просто небольшие эпизоды.

Геринга я впервые увидел 29.1.1933 года. Шлейхер ушел в отставку 25 января. Стоял вопрос: «Что же дальше?». Я сидел в центральной ложе в «Дейчландхалле» на всеимперском турнире рядом с государственным секретарем Мейснером и его женой, с которыми я был знаком. Вдруг появился Герман Геринг в потертом кожаном желтом пальто. Он шел по длинному проходу между боковыми ложами и рядами стульев прямо к нам. Теперь стало ясно, что между Гинденбургом и Гитлером происходят какие-то переговоры, так как Мейснер занимался всегда формированием новых кабинетов.

Вторично я встретился с Герингом в Бреславле во время процесса о поджоге рейхстага. Я был приглашен Хейнесом на завтрак, который он давал со своими СА-фюрерами в честь Геринга. Я сидел напротив Геринга. Он беседовал со своими соседями о поджоге рейхстага и решительно отрицал свое участие в этом деле. Я заметил, что разговор велся специально для меня, и это вызвало у меня подозрение, что Геринг, наверное, сам причастен к этому делу. В последующие годы я неоднократно видел Геринга. Так, 1. V.1934 года я встретил его у оберпрезидента в Бреславле. Мы беседовали о строительстве нового городского театра в Бреславле.

В 1935 году — в замке в Бреславле, где я сидел с ним за маленьким столиком. Мы вели беседу о водоемах Туравы, и о том, какое это может оказать влияние на климат. Во время другой встречи мы говорили об охоте. Приветствовали мы друг друга «охотничьим приветствием».

Самым могущественным из вышеупомянутых лиц мне казался Гиммлер. Если проследить путь его восхождения от 1934 года, когда он еще подчинялся Рему и до конца, то следовало бы ожидать найти в нем нового Фуше, утонченного интригана, большого организатора с огромной работоспособностью. Но таким я его не знал. Мне Гиммлер казался глупым. Я долго искал того человека, который вел его на поводу, но не мог найти. Не был ли это сам Гитлер?

Впервые я встретился с Гиммлером в 1933 году в Шваневитце в Силезии на завтраке. Мы сидели за большим круглым столом. Вдруг он обратился к своему соседу, силезцу, и спросил его: «Не похож ли я на сельского учителя?». Тот, к кому он обратился, застыл с открытым ртом, и было видно, что «да» готово сорваться у него с языка. «Видите — в этом моя сила» — заявил тогда Гиммлер. Может быть его глупое поведение, о котором я слышал, было лишь маскировкой? Этому я не могу поверить.

В дальнейшем я видел Гиммлера неоднократно, но продолжительных бесед с ним не вел. В начале 1934 года, во время моей борьбы в Хейнесом, мы с ним вновь встретились в узком кругу. Он дал мне понять, что в этой борьбе он стоит на моей стороне. Тогда Гиммлер еще находился в подчинении у Рема, а его силезские СА подчинялись Хейнесу. Но вслед за этим он продлил разговор, заявив, что имеет намерение создать семь первоклассных пехотных дивизий из обученных людей. Рейхсвер имел, кроме трех кавалерийских дивизий, тоже только семь пехотных дивизий. В случае войны часть его (Гиммлера) дивизий должна была остаться в стране для предотвращения возможности революции, остальные же он готов был передать в распоряжение военного командования на фронте.

Разумеется, он хотел следить за тем, чтобы их не посылали на самые опасные участки, и систематически меняли состав. Это мне заявил мой новый союзник, которому было известно, что моя борьба с Хейнесом, в конечном счете сводилась к борьбе «за одну армию»! «Глупая утопия» — подумал я. Но Гиммлер продолжал и в дальнейшем держаться этой высказанной им мысли и развивать ее.

В последующие годы я также неоднократно встречался с Гиммлером, например, на имперских партийных съездах. Я был у него в гостях в его огромной походной палатке в СС-овском лагере, где толпились иностранные представители, дипломаты, высшие хозяйственные руководители — все отборное общество. Гиммлер был тогда могущественным человеком. Он хотел принимать как король, а был всего лишь сельским учителем.

Затем я еще два раза встречался с Гиммлером во время войны. Зимой 1941—[19]42 годов, по дороге в лейбштандарт, он заехал ко мне в Мариуполь на тарелку горохового супа. Мы говорили о трудностях снабжения и о плохих дорогах в период дождей. «Ах, этому очень легко помочь, — заявил Гиммлер, — я просто выстрою твердую дорогу от Днепропетровска до Таганрога. Камни у меня с Карпат, а рабочая сила из деревень, расположенных вдоль дороги».

Осталось только за голову хвататься. Везти камни, когда железные дороги не успевали подвозить боеприпасы и продовольствие. Рабочая сила из деревни, когда ее было недостаточно для обработки полей. Глупо.

Последний раз я виделся с ним в начале 1944 года. Кейтель устроил обед для широкого круга генералов. Когда все разошлись, мы с Манштейном остались вдвоем у стола. Вдруг к нам подошел Гиммлер и сказал: «Теперь война выиграна». Мы смотрим на него озадаченно. «Да, русские мобилизовали уже всех, до последнего человека, у меня совершенно точные сведения, они уже больше не могут». Заявлять это нам, старым фронтовым солдатам, было просто дерзостью. Этому, может быть, верил Гитлер, потому что он желал верить. С 1942 года неоднократно приходилось слышать о подобных высказываниях Гиммлера, которые мы считали невозможными. Теперь мы это услышали от него самого. Глупо!

Геббельс, без сомнения, самый умный из приближенных Гитлера, ненавидимый Герингом и Гиммлером, не мог рассчитывать на то, чтобы захватить одному власть после Гитлера. Исчезнет Гитлер, не станет и Геббельса. Возможно, что при новой, неожиданно сложившейся политической ситуации, власть мог захватить другой, которому, как и Гитлеру, потребовались бы ум и слово Геббельса, которому бы он стал необходим.

С Геббельсом я познакомился лично в начале 1934 года. Сношения между мной и СА-фюрером Хейнес сильно обострились, и об этом говорили уже не только в Бреславле. В это время Геббельс предложил свои услуги сделать доклад для офицерского корпуса бреславльского штандарта. Очень знаменательно.

Я встретил его на аэродроме. Туда же приехал уполномоченный СА-фюрер, который по поручению Хейнеса попросил министра посетить и его. Геббельс коротко и решительно отклонил приглашение. Мы вместе поехали в здание, где размещался мой штаб и там, в большом зале, Геббельс сделал офицерам доклад. Он говорил о том, что тогда хотелось услышать солдату. Он назвал рейхсвер теми мощными скобами, которые сдерживали империю с 1918 до 1933 года, верным носителем всех ценных традиций старой славной армии мировой войны. Он говорил о рейхсвере как о единственной армии, призванной защищать немецкую землю.

Когда я стал после доклада благодарить его, он сказал мне при выходе несколько саркастически: «Я, конечно, мог бы сказать и противоположное с таким же успехом». Он имел в виду выступление перед СА. Затем он, вместе с теми, кто его сопровождал, — одним гауляйтером и еще несколькими лицами, был на чашке чая у моей жены, где показал себя очень ловким и любезным собеседником. Его я тоже впоследствии часто видел, но не беседовал с ним. На фестивале певцов я сидел между ним и Папеном на трибуне около Гитлера, мимо которой проходили группы певцов.

Когда я был назначен главнокомандующим армейской группировки, он прислал мне на рождество 1942—[19]43 года посылку. Один раз это была книга, другой раз — вечная ручка. Я поблагодарил его и написал: «Это и не умно, и не благородно оскорблять храброго противника. Солдат, который уважает своего противника, уважает самого себя». Он ответил: «Я очень хочу с вами поговорить. Если вы будете в Берлине, зайдите, пожалуйста, ко мне». Я к нему не попал.

Фрау Геббельс я видел 15 февраля 1945 года, когда она приезжала в разрушенный Дрезден. Она сказала тогда: «Если наступит конец, то я с детьми приму яд». И все высшие СС-фюреры получили уже тогда от Гиммлера пилюли цианистого калия.

ФОН КЛЕЙСТ

Показания отобрал:
Пом[ощник] нач[альника] 5 отделения Следотдела 2 Гл[авного] Управления МГБ СССР майор СОЛОВОВ

Перевела:
Переводчик Следотдела 2 Главного Управления МГБ СССР старший лейтенант ШИЛОВА
Оригинал взят у reich_erwacht в Бюро Вермахта по военным преступлениям
Когда поднимается тема о военных преступлениях совершенных во время Второй Мировой Войны, практически всегда вспоминают Бабий Яр, Лидице, Мальмеди и Орадур-сюр-Глан. Но мало кто говорит о Бромберге, Гольдапе, Иновроцлаве, Неммерсдорфе, или Сент-Пьер-де-Румийи. Первые названия связаны с преступлениями нацистов. Вторые - немецкие жертвы, убитые силами Союзников.

То, что военные преступления были совершены Союзниками против немецких вооруженных сил и гражданских лиц и на Восточным и на Западном фронтах редко признается. Во многом это следствие того, что "историю пишут победители". В общественном сознании Вторая Мировая война остается "последней хорошей войной", в которой силы зла были побеждены, несмотря на огромные затраты, как материальные, так и моральные.

Только теперь доступна в английском переводе книга Альфред де Зайаса, выпускника Гарвардской юридической школы, в которой излагается история Бюро военных преступлений, которое с сентября 1939 и до мая 1945 года хранила записи военных преступлений совершенных Союзниками.

Книга была написана по результатам исследований де Зайаса, проведенных среди ранее неисследованных немецких военных правовых актов, когда он был руководителем "рабочей группы по законам военного времени" в Институте международного права в Геттингене. Впервые опубликованная в 1979 году, книга была очень благосклонно воспринята всей немецко-говорящей Европой и послужила основой для нашумевшего двухсерийного телевизионного документального фильма в Германии в 1983 году.

Все воюющие во Второй Мировой стороны сообщали о нарушении законов и обычаев войны. Когда военные действия закончились в 1945 году, политические и военные лидеры Оси были заключены в тюрьму и многие казнены по обвинению в участии в военных преступлениях - процесс, который продолжается и по сей день. Преступники Союзников, которые были ответственны за совершение злодеяний против стран Оси не были наказаны.

Бюро Вермахта по военным преступлениям было прямым преемником прусского Бюро расследований нарушений законов и обычаев войны, которое вело следственные действия после окончания Первой Мировой войны. Йоханнес Голдше, военный судья, который занимал должность заместителя начальника прусского Бюро, был назначен директором Бюро Вермахта по военным преступлениям и прослужил в этом качестве всю войну. Оба бюро выполняли схожие функции: документирование правонарушений и составление докладов. Некоторые их выводы послужили основанием для дипломатических протестов МИД Германии против союзных держав. Но, как мы знаем, во время и после двух войн, международное общественное мнение игнорировало немецкие заявления о преступлениях Союзников. До сих пор единственным исключением был случай с Катынью, где тысячи польских офицеров были убиты Советами под Смоленском.

Автор не принимает немецкие доклады на веру. После просеивания несколько сотен томов официальных отчетов, он опросил более 300 судей, свидетелей, потерпевших. Он сверил детали событий, упомянутых в отчетах Бюро с другими немецкими записями и соответствующими американскими, британскими, французскими и швейцарскими документами. Исследование де Зайаса "подтвердило правильность протоколов".

Де Зайас делит свое исследование на две части. В первых двенадцати главах изложена история прусского бюро, затем история возникновения, методы, Бюро Вермахта по военным преступлениям.

Вторая часть исследования посвящена конкретным случаям преступлений. Автор проводит тщательную грань между историческими событиями и обычной пропагандой. Для тех, кто были привык только к историям о нацистских злодеяниях, этот второй раздел будет содержать множество откровений.

Так, Бюро по военным преступлениям установлено, что польские военнослужащие и гражданские лица совершили многочисленные злодеяния против этнических немцев, и в отношении немецких солдат и гражданского населения после начала войны. На Западном фронте Бюро установило, что англичане виновны в разграблении французских и бельгийских жителей. Знаменитый бельгийский велогонщик Жюльен Вервейке был среди гражданских лиц, убитых британскими солдатами. Французы также подвергали уничтожению бельгийских гражданских лиц, еврейских беженцев и военнопленных.

В своих рассуждениях о преступлениях Союзников на Западе, де Зайас утверждает, что "Фабрикации докладов о злодеяниях [сделанных Бюро] не обнаружено, доклады представляют собой методический сбор информации и оценку качества доказательств."

Большинство записей о злодеяниях, совершенных на Восточном фронте относится к Красной Армии и НКВД. С самого начала войны на Востоке, Бюро получало сообщения о зверствах и массовых нарушениях международно признанных правил ведения войны. И как армия, стремящаяся соблюдать международные соглашения, по мере продвижения вглубь территории она стремилась выявить дополнительные случаи преступлений Советской власти.

Военнопленных, немецких или их союзников, часто расстреливали вскоре после допроса. В Феодосии, раненых солдат окатили холодной водой, а затем оставили на пляжах, чтобы они замерзли до смерти. Захваченные в плен солдаты были не только убиты, но часто подвергались пыткам и увечьям.

Бюро также задокументировало советские преступления против других наций. Так, в книге есть главы, посвященные Львову, где тысячи мирных жителей были убиты в тюрьмах НКВД; Катыни; и Виннице, украинскому городку, где были обнаружены массовые захоронения, датируемые 1936 годом. Де Зайас сообщает, что "Бюро военных преступлений не было создано для фабрикации документов о военных преступлениях Союзников: его записи являются подлинными; его исследования проводились методично, в судебном порядке."

Данное исследование не рассматривает зверства, приписываемые немцам и их союзникам. Де Зайас отмечает, что Советы провели первые судебные разбирательства по военным преступлениям против представителей германских вооруженных сил, когда трое солдат, захваченных под Сталинградом, были повешены в 1943 году после того, как их признали "виновными" в уничтожении советских граждан в специально построенных газовых фургонах. В сноске де Зайас утверждает:

"Все без исключения немецкие военные судьи в беседе с автором утверждал, что не знал об уничтожении в концлагерях до окончания войны. Немногие признались, услышав слухи о расстрелах на Восточном фронте, но утверждал, что они были не в состоянии получить подкрепляющие доказательства."

Источник: The Journal of Historical Review, Summer 1990 (Vol. 10, No. 2), pp. 237-241.

1

Originally posted by skif_tag at Есть женщины в русских селениях
Украинская лётчица Надежда Савченко. Захвачена в плен сепаратистами и тайно вывезена на территорию России.

351c063f99aaad6302ea08255b303c49

- Сколько воюет против нас?
-Да вся Украина...
- Я знаю, что меня расстреляют, я готова к этому!


Не так уж много мужчин сможет вести себя с таким достоинством на допросе. Так ведь русская...Какой то дикий казус, перевёрнутый мир. Она враг? Как вела бы себя Зоя Космодемьянская, родись она на 60 лет позже, и не в Тамбове, а в Чернигове?
О легендарных предшественницахCollapse )